Лечить дорого, не лечить — невозможно

Для того чтобы действительно помочь наркоману или алкоголику, необходимы высококлассные специалисты и немалые средства.

«Волчий билет»
В начале 2000-х годов в Туле работал центр по лечению алко- и наркозависимых, в котором помощь больным проходила по так называемому «замкнутому циклу». Это означает, что лечение носило комплексный характер, и больному, зависимому от наркотиков или алкоголя, не просто снимали кризисное состояние (так называемую «ломку»), но и занимались самым сложным этапом лечения зависимости — восстановлением изломанной наркотиками личности, а следом и семейных отношений, утраченных социальных связей, т. е. тем, что называется реабилитацией. Такого рода клиник во всей стране сейчас — несколько десятков, большей частью они частные и располагаются в крупных городах. Одним из главных специалистов этого центра в Туле был профессор Владимир Малыгин, ныне заведующий кафедрой психологического консультирования, психокоррекции и психотерапии Московского государственного медико-стоматологического университета им. А. И. Евдокимова:

— Причина болезней зависимости (не только от алкоголя и наркотиков) носит сложный био-психо-социальный характер. А наркополитика в нашей стране остается преимущественно репрессивной. Больной, обратившийся за помощью в государственное медучреждение, обязательно будет наказан: поставлен на учет, лишен прав управления транспортом, возможности работать по определенной специальности. В то же время помощь в выздоровлении будет ограничена лекарственными препаратами или манипулятивными, шаманскими техниками «кодирования». Что касается профилактики болезней зависимости, то рассказы о том, что пить, курить, колоться вредно, малоэффективны, это и так всем известно. Это не работает. Проблема в том, что подростки с высоким уровнем риска формирования зависимости нуждаются в помощи психолога, помощи врача. Спросим себя, а сколько у нас психологов в школе и насколько они квалифицированны? После тестирования на наркотики в школе, где подросток и его семья могут получить квалифицированную и длительную, рассчитанную на годы помощь? Скорее всего, подростка просто поставят на учет и обяжут периодически посещать врача-нарколога. Это происходит не от нежелания помочь, просто профилактика и лечение болезней зависимости требуют значительных средств и усилий со стороны общества. Требуют, но не получают. Несколько слов о ситуации в наши дни. Появились и широко распространяются новые наркотики, часто с непредсказуемым эффектом воздействия. Опасность — в их доступности, низкой цене и эффектах воздействия, которые часто вызывают психические нарушения, напоминающие шизофрению.

Тогда, в нулевые, нами была предпринята попытка создать полноценную комплексную систему лечения и реабилитации наркозависимых. В клинике работали не только врачи, но и психологи, а также консультанты из бывших наркозависимых. Было налажено сотрудничество с движением АН (анонимные наркоманы). После выписки наркозависимые передавались с рук на руки в движение анонимных наркоманов, где могли получить работу, приобрести специальность, получить поддержку.

 

Бегство от реальности
— Собственно, сама зависимость в большинстве случаев — вторична,— развивает мысль профессора Малыгина психиатр-нарколог Роман Никитцев.— Это не что иное, как бегство от реальности. Схема простая: есть проблема, человек ее или не решает, или не может решить. Он «убегает» от нее в наркотики или алкоголь. Настоящего эффекта можно добиться лишь в случае устранения базовой причины — то есть решить проблему или изменить отношение к ней. Здесь должны работать не только наркологи и психологи, но и воля пациента, его желание что-то изменить…

Наркологи приводят положительные примеры, когда страстное желание выбраться в сочетании с грамотной медикаментозной и моральной поддержкой давали очень даже положительные результаты. Туляк, молодой человек из рабочей семьи, в 20 с небольшим стал хроническим алкоголиком. Однако он понял, что опустился на самое дно, и очень захотел вернуться к нормальной жизни. Курс реабилитации прошел успешно. За 13 лет — только два срыва, кратковременных (не более недели). За это время он женился, обзавелся детьми, открыл маленький бизнес.

Женщина за 60, работала на высокооплачиваемой должности на госслужбе. Умер муж, с детьми общается редко, живет в одиночестве, пристрастилась к алкоголю, болезнь усугубилась еще и тем, что она принимала различные лекарства. Алкоголизм и затянувшаяся депрессия довели ее до тяжелейшего состояния, она вела себя совершенно неадекватно. К наркологу ее привезла — фактически насильно — дочь. Именно благодаря дочери женщине, несмотря на возраст и крайне запущенную стадию болезни, все-таки удалось выбраться.

 

И стар, и млад
«Да что ж такое, я столько денег на него потратила, а он таким стал — за что же это мне?» — приводит типичные слова матерей наркоманов врач Роман Никитцев. И тут же разъясняет, «за что» — на примере из своей тульской практики.

— Не было эмоционального контакта в семье,— говорит врач.— Родители платили за образование ребенка, полностью его всем обеспечивали — при этом он сам никого не интересовал. Пытаешься объяснить матери, что нужно кардинально менять свою стратегию поведения с сыном — слышишь в ответ претензии. Человек считает, что если он платит деньги — то нате, мол, лечите моего сына. При этом прямо говоришь, к примеру, что пациенту нужно побыть хотя бы первые пять дней в изоляции — у него сильная негативная привязка к матери, это чревато срывом. Бесполезно — женщина звонит, ругается, пытается попасть в палату. С одной стороны — она хочет его выздоровления. С другой — делает все, чтобы этому помешать.

Кстати, возраст пациента в данном случае не имеет значения. Нередко пожилые родители давно уже взрослых детей ведут себя так же или даже намного хуже.

Если вообще говорить о возрасте, то тульских наркоманов, по словам Никитцева, можно поделить на три категории. От 18 до 30 — самого различного статуса, от обеспеченных студентов до криминалитета. В возрасте до 40 — социализированные люди, часто — бизнесмены. И единицы — в возрасте от 50. «Это чудом выжившие наркоманы из 80-х»,— говорит Никитцев.

— Лечить эффективно — это невероятно дорого,— резюмирует профессор Малыгин.— Наша тульская клиника закрылась в свое время именно по причине недостаточности финансовых средств. Мы не получали государственного финансирования, в то же время как государственное унитарное предприятие платили и аренду, и все соответствующие налоги. Да, была моральная поддержка коллег-врачей, иногда частные пожертвования, однако, как оказалось, этого было явно недостаточно. Спустя год от начала деятельности приходилось на собственные деньги закупать медикаменты и платить заработную плату персоналу.

Что делать? Необходима координация всех структур общества. Органов исполнительной власти, депутатов, врачей, школьных психологов, учителей, всех граждан, заинтересованных в своем будущем, будущем своих детей. Необходима реальная программа профилактики наркозависимости взамен имитации таковой, необходимо реальное финансирование медицинских программ помощи зависимым от алкоголя и наркотиков.

Источник: http://mk.tula.ru/articles/a/32260/?sphrase_id=3213960

Оцените материал -

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока нет голосов)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.