Реабилитационный центр или концлагерь: история барнаульца

Мужчина обратился с больничной койки к журналистам за помощью после того, как оказался в одном из реабилитационных центров края. Оттуда он сбежал после 40 дней, как сам говорит, унижений над ним. Попасть туда очень легко, были бы деньги, а вот выйти за периметр гораздо сложнее, уверяет Сергей. Правда, говорит, в этот центр он попал не по своей воле. Сразу же после побега мужчина написал заявление следователям, которым предстоит дать оценку действиям сотрудников.

— Тут вот синяк, он уже прошел, но еще немного. Нога болит, — рассказывает о своих злоключениях Сергей Овчинников, показывая места ушибов. Это сейчас он может ходить без особых усилий. Многочисленные ссадины на теле уже зажили. По-прежнему беспокоят сломанные ребра, отбитые почки и разорванная барабанная перепонка. В стены краевой клинической больницы, говорит, попал прямиком из стен реабилитационного центра «Опора Алтай».

 

Похищение

— Самое жесткое — это момент моего появления там, — говорит Сергей. — Я был дома, смотрел телевизор. Со мной в квартире находился еще мой зять Алексей. Он и открыл двери. Заходит и говорит: «Серег, к тебе там друзья приехали». А у меня часто бывают люди дома, которые могут прийти без приглашения — друзья-спортсмены, сослуживцы. Я выхожу, смотрю, черный «Круизер» стоит, трое парней каких-то. Подхожу, поздоровался. Они говорят, мол, привет, Серый, как дела, как сам? А я без задней мысли, думал, ребята какие-то из спортклуба. Один из них достает термос, говорит, чайку бахнем, наливает и протягивает мне. Я выпил и чувствую, что у меня сознание путается, голова закружилась, и я отключаюсь. Они меня прямо в тапочках, майке и шортах погрузили и увезли. Когда пришел в себя, вижу, меня тащат в какой-то дом, маленькое серое помещение с неприятным запахом. Меня швыряют на какие-то нары. Я встаю, спрашиваю, куда меня привезли, а здоровяк, стоящий передо мной, прямо в лицо меня пихает и говорит: «Да ты успокойся!». И я слышу, что за дверью разговаривают те ребята, которые меня туда доставили. Я рванулся к выходу, и все — на меня налетели, посыпались удары, и я опять потерялся. Потом уже когда очнулся, понимаю, что лежу лицом в собственной крови, не могу дышать, потому что ужасно болят ребра и почки. Они меня обмотали скотчем, и я, как гусеница, в таком положении лежал, обмочившись, несколько часов.

Как рассказывает Сергей, ни о какой медпомощи в реабилитационном центре вообще и речи нет. С ним по соседству лежал мужчина, у которого сломана шейка бедра. На ногах образовались пролежни и гнойные раны. Все, чем помогают ему сотрудники центра, — это ватка с мазью Вишневского и два пластыря.

— Я не понимаю, как люди могут опускаться до такого. Видят же страдания. Человек, от которого ждут помощи, заходит с палкой, на которой написано «Но-шпа»: «Баралгина нет, но-шпа есть. Дать?».

 

Побег

— С третьего числа я в больнице, — продолжает рассказ беглец, — 30 июля я оттуда благополучно убежал и сутки добирался пешком до дома, минуя дороги. Это был квест какой-то. От села Хабазино, где находится центр, до Барнаула километров восемьдесят. Шел полями, потому что не знал, как меня будут искать. В первые дни моего пребывания там один пациент тоже попытался сбежать, и его вроде как поймали и отправили в другой центр. Не знаю, насколько правдива эта информация, но сотрудники говорили нам именно это. Чтобы оттуда сбежать, мне надо было приобрести, так скажем, некоторое доверие. Я изобразил покорность, и они снизили бдительность. Отмечу, что за эти сорок дней я потерял 20 кг веса. И мое новое телосложение позволило мне змеей просочиться в форточку и ускользнуть. Я на адреналине одним махом перескочил через забор, бежал по крыше хозблока по шиферу. И когда понял, что у меня все получилось, осталось лишь благополучно добраться до дома.

Реабилитационный центр «Опора Алтай», по мнению подруги Сергея, должен был стать опорой в борьбе с алкоголизмом мужчины. Девушка обратилась к специалистам центра, внесла плату 25 тысяч рублей. Буквально после этого за Сергеем, как он рассказывает, приехали сотрудники центра и силой увезли в неизвестном направлении.

— Та знакомая, которая пожелала мне такого «добра» — мне сейчас с ней тяжело взаимодействовать, поэтому спросить прямо я не могу, но у меня была информация, что она заключила с ними договор на полгода. Это, говорят, самый минимальный срок. Причем я не запойный алкоголик. Я, конечно, позволяю себе порой выпить, но не считаю, что это серьезная проблема. Она аргументирует это тем, что хотела сделать как лучше. Человек почему-то решил, что меня надо спасать. Она заплатила центру, причем это были мои деньги. И меня уже все потеряли: сын, бывшая жена, братья-сестры, коллеги по работе — никто не был в курсе, куда я пропал. Только потом эта особа стала писать им, мол, не беспокойтесь, он полечится и через полгода вернется новым человеком. Я до сих пор не могу поверить, что это все произошло со мной, что в моем городе в XXI веке такое вообще возможно.

Здание центра — деревянный домик, покрытый сайдингом

Три статьи

По возвращении в Барнаул Сергей Овчинников обратился не только к врачам, но и к следователям. Статьи 111, 117 и 127 — умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, истязание и похищение — по этим пунктам правоохранители начали проверку.

— Ты просто-напросто даже рот не можешь открыть, — объясняет Овчинников. — Условия, как в Средневековье, люди там на правах рабов. Их могут запросто лишить сна, еды. Мне непонятна логика этих людей, которые таким образом пытаются самоутвердиться. Как объяснить их поведение, я не знаю. Человек, попадая туда, эмоционально сразу сломлен.

Как сообщила нам пресс-служба СУ СК РФ по Алтайскому краю, в рамках проверки следователи выехали в реабилитационный центр, опросили руководство и персонал, осмотрели помещения, в которых содержат пациентов, и изъяли необходимые документы.

Удивительно, но местные жители исключительно положительно отзываются о работе «Опора Алтай». «Центр у нас на хорошем счету. Ранее не было никаких замечаний», — говорит журналистам местный участковый. Такого же мнения придерживается и жительница соседнего дома Елена.

— Конечно, в дом я к ним ни разу не ходила, но никогда не слышала, чтобы там что-то было противоправное. Обычно все даже разговаривают друг с другом по имени-отчеству. Помогают всему селу. Такого, чтобы там кого-то гнобили, я не слышала. Честно говорю, — заверяет женщина.

Само же учреждение, где проводят лечение от наркотической и алкогольной зависимости, — простой частным дом в центре села Хабазино Топчихинского района. Высокий забор и никаких обозначений. На просьбу журналистов поговорить с кем-то из руководства сотрудники сначала отреагировали невежливо — стали препятствовать съемке и грубить. Но затем успокоились.

С тем, что рассказывал нам Сергей, работники учреждения не согласны. Уверяют, что такого просто быть не могло.

— На самом деле я считаю это сплошной фикцией, потому что наш центр ведет прозрачную деятельность. Мы работаем давно и с мониторингом. По какой причине данный молодой человек написал эту клевету, я не могу прокомментировать, — заявил нам сотрудник реабилитационного центра «Опора Алтай» Дмитрий Таусенев.

Следователи и полицейские прибыли в реабилитационный центр с проверкой.
В сам центр нас так и не пустили, сославшись на медицинскую тайну и анонимность пациентов. Но именно в тот момент, когда Дмитрий комментировал ситуацию, в центр нагрянули следователи.

Ну а Сергей сейчас ждет операцию, которая, по его надеждам, должна вернуть ему частично потерянный слух. Врачи заверяют о благоприятном исходе. Правда, иногда по ночам его все еще мучают кошмары.

 

Источник: https://brl.mk.ru/incident/2018/08/20/reabilitacionnyy-centr-ili-konclager-istoriya-vnezapnogo-ischeznoveniya-barnaulca.html

Оцените материал -

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока нет голосов)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *