Жизнь оптового наркокурьера в России

Этот человек сам вышел на нашу редакцию. «Я живу в страхе, что каждый мой день может быть последним, — написал он в письме. — Я хочу рассказать, каково это — быть оптовым наркокурьером в России». По словам парня, его гложет совесть. «Информация, которую я раскрою, мне кажется, поможет ФСБ обратить внимание на некоторые детали, а мне — хоть немного сгладить вину за то, что я делал».

Наша встреча проходила в Екатеринбурге в условиях полной конфиденциальности: мы пересеклись в одном месте, разговаривали в другом, без записывающих устройств — только под карандаш. «URA.RU» до сих пор неизвестны его фамилия, имя и координаты (даже почту, с которой он присылал письма, парень, по его словам, удалил). Но сам рассказ, его детали и подробности не оставляют сомнений: именно так выглядит современный наркотрафик в России.

Началось все год назад, когда я по своей наивности попал на деньги: меня поставили на «счетчик» — 1500 рублей в день. Я тогда работал в одной конторе без официальной зарплаты. Все, что зарабатывал, отдавал, чтобы погасить этот долг. Начал искать варианты заработка. А мне постоянно приходили сообщения: «Требуются курьеры быстрой доставки». Я никогда не кололся, но еще с 2010-го я нюхал, сам иногда брал через закладки. Так что в 2012-13 годах, когда начался их расцвет, я уже знал, как работает этот механизм.

Чтобы получить работу, надо пройти несколько уровней проверки. Сперва ты рассказываешь человеку о себе — он просит фото твоего паспорта. Потом просят сделать селфи (вдруг паспорт был не твой?). Потом тебе присылают пароль, с которым ты снова селфишься (на случай, если обе предыдущие фотки были поддельными). Я понимал, что делаю глупость, но решил попробовать.

Сперва мне предложили поработать раскладчиком закладок. Мне было в общем-то понятно, как их делать, но мне все равно дали ценные указания. Оказывается, у раскладчиков есть некий кодекс, например, не класть в детских садах и в других местах, где это может быть доступно детям.

 

Карьерный рост

Раскладчик — это первый, низший уровень. Второй — фасовщик. Третий — оптовые курьеры. Я понимал, что на закладках я много не заработаю (да и риски велики — так, недавно задержали девушку-скрипачку на прогулке с 3-летним братом — додумалась же нести наркотики в пакете из «Макдональдса!»). И вот один раз я пишу: «Хочу в оптовики: мне интересно возить крупные партии, а не бегать с фантиками по городу».

Мне велели скачать и поставить на телефон программу cover.me (ее называют «ковер»). Она удаляет сообщения с серверов, поэтому, если не успел или не понял, приходится повторно спрашивать. Мне сообщили условия: первый (пробный) рейс — 30 тысяч, далее — по 60 тысяч. Это чистая зарплата, все расходы по поездкам (проживание, проезд) оплачивались. Я в тот момент был в долгах как в шелках и полагал, что такая работа решит все мои проблемы. Как же я ошибался!

Наконец меня вывели на координатора — человека, с которым мне и предстояло работать дальше. Про себя я называл его боссом — впоследствии мне приходилось выполнять все его указания. Чаще всего он просил меня сделать селфи — с помощью этого подтверждалось любое мое действие. «Завтра вылетаешь в столицу», — сообщил он мне и закидывает необходимую сумму на билет.

Все платежи совершаются через обычные банковские карты. Обычно покупают дроповскую (левую) карту (это чужая карточка, как правило, сберовская, от которой ты знаешь пин-код). «Моментум» тогда стоил 1000 рублей, VISA — 5000. Они отличаются лимитом средств, которые можно снимать единовременно: чем больше лимит — тем проще жить.

 

Пробная партия

Прилетаю в столицу — сообщение от босса:

— Ты где?

— Прилетел, спускаюсь с самолета.

— Селфи!

Отчитываться приходилось на каждом шагу (под конец моей карьеры меня это изрядно задолбало). По приезду мне сообщили, где лежит партия. Забрал черный пакет, запихнул его в рюкзак и вспоминаю, что неподалеку была кафешка. Сажусь туда, пишу: «Забрал». Мне тут же скидывают пять тысяч, чтобы я смог снять жилье. Заселился в хостел, не успел отдохнуть — приходит сообщение, куда надо ехать.

Тут у нас с координатором возник спор, какие билеты брать. Он говорит: «Бери СВ» (пассажиров этих вагонов полиция почти не проверяет). Я отвечаю: «Я не выгляжу как человек, ездящий в СВ».

Дальше я стал соображать, как пронести груз через рамки на входе на вокзале.

По словам курьера, наркотики возят в пачках из-под обычных продуктов

Даже если попросят открыть сумку — внешне ничего подозрительного. Но на сканере, если бы человек внимательно разглядывал мой багаж, он мог бы увидеть, что в упаковках что-то не то.

Спасает, что в столице огромный пассажиропоток. Как я делал? Стою, курю неподалеку от входа. Когда на вокзал заходила группа людей, я вставал в конец. Когда идет группа людей, контролер на сканере первых человек еще смотрит, дальше — уже нет.

 

Первый город

Мое первое задание — город в… [стране ближнего зарубежья]. Сел в поезд, познакомился с попутчиками, едем, болтаем. Я всегда придумывал какую-то легенду, типа еду в командировку согласовывать поставки продукции. У попутчиков — никаких подозрений. Единственное, что их смутило — когда я поставил на стол 0,25 водки. Но я сказал им, что сейчас выпью и лягу спать. И они успокоились (в наших поездах человек, тихонько пьющий водку, никаких вопросов у пассажиров не вызывает).

Приезжаю в город (опять «селфи!»), заселяюсь в гостиницу, мне говорят: «Все, спи, жди указаний». Утром приходит указание разделить всю наркоту пополам и сделать две кладки. Как сейчас помню, в партии были три наркотика.

Город мне попался непростой: хрен где что заложишь. У меня, конечно, были указания о том, как делать закладки, а вот куда — это уже с меня: я должен был сообщить, сколько чего где лежит и точный адрес. Первую кладку я делал часа четыре — еле-еле придумал, куда положить. Потом сделал вторую. Отчитался. Мне говорят: жди, как только заберут, тебе придет оплата. Вскоре приходит сообщение: «Нормально кладешь» — и мне на карточку падает 30 тысяч рублей.

Так как я тогда потреблял (своему координатору я этого, естественно, не сообщал), с каждой упаковки я брал по 2-3 щепотки и все это покуривал. Только расслабился в гостинице — приходит сообщение: «На юг поедешь?» Я до этого никогда не был на юге.

Возвращаюсь в столицу, селюсь в том же хостеле.

Проснувшись, еду за закладкой. В ней — уже по 1 кг каждого вида. Тут у меня начинается паранойя: с таким весом нельзя идти на вокзал!

Я стал рассматривать другие варианты, например, выезжаю из столицы на автобусе и где-то в другом городе сажусь на поезд. Но тут я на «бла-бла-кар» нашел ребят, которые ехали на юг на старом джипе. Они заехали за мной, и мы отправились в дорогу.

 

Первая поездка на юг

Для наркокурьера, который едет на автомобиле, единственное, что беспокоит его в дороге — это посты ГИБДД. По дороге из столицы на юг есть два страшных поста: один — на выезде из столицы, другой — Магри, перед… [городом на юге]. На форумах пишут: «На Магри шмонают всегда». А если номера московские или питерские, шмона не избежать.

Еду с ребятами в машине, и тут босс пишет: «Ты где?» Я отправляю ему селфи на фоне полей. Он мне: «Ты что? Там такой лютый пост!» Подъезжаем к посту — останавливают: «Выйдите из машины!». А у меня в кармане симка и немного наркотиков (если бы стали обыскивать, я бы точно попал). Стараюсь вести себя спокойно, поддерживаю разговор как могу.

Когда человек везет такой вес, он, конечно, волнуется: шутка ли, у тебя там 2-3 млн лежит! Я это осознавал, но относился к этому хладнокровно. Переживал не за себя — за родителей. Представлял: что будет, если все узнают, что их сына арестовали за наркоторговлю?

Тут гаишники просят раскрыть рюкзак — открываю, они смотрят, а у меня там пачки с печеньем. В общем, нас отпускают.

Ребята останавливаются поспать, а я не могу уснуть: когда сидишь на «синтетике», образ жизни меняется: 2-3 дня бодрствуешь, потом сутки отсыпаешься. В мозгу куча эмоций и мысль: если бы меня хотели взять, меня бы уже взяли. Но впереди — еще один пост. На стоянках я подходил к дальнобойщикам, расспрашивал про пост. На подъезде к городу я не выдержал: попросил ребят высадить меня километров за 30 до города (сказал, что хочу погулять).

Это был не сезон, но температура была +20 — по меркам Урала очень тепло. Выхожу на побережье к какой-то деревушке. Поглядел на море, созвонился с родителями (пришлось рассказать придуманную мной легенду). У меня даже возникла мечта снять домик на горе, где обалденные восходы и закаты. Тут выходит на связь босс: «Ты где?» Делаю селфи с видом на море. Он: «Как ты провез, как ты это сделал?»

Отправляюсь искать ночлег — оказалось, не в сезон это сложно: нигде никого нет. Я смог найти комнату за 250 руб. в сутки. Ночью мне в голову пришла мысль найти себе какую-нибудь девочку и приехать с ней сюда. Чтобы была спутница, которую я впоследствии трансформировал бы в помощницу. Я тут же нашел на сайтах знакомств одну девочку, тоже с Урала.

На следующий день начал делать кладки и совершил ошибку, на которой мог попасться: вернулся на места первых кладок. Мне хотелось узнать, забрали ли их? (ответственность курьера заканчивается тогда, когда закладку подняли нужные люди). Мне пишут: «Все ок, делай третью — получишь деньги». Еду на такси, приезжаю уже в темноте, делаю кладку (босс заставляет меня сделать фото — и я чуть не палюсь, так как приходится задействовать вспышку). Вскоре приходит моя первая зарплата в 60 тысяч рублей.

Первым делом я покупаю телефон, а два старых раскидываю по запчастям по разным мусорным ящикам. Босс пишет: «Все, теперь это твой город. Вылетай обратно». А я пишу этой девочке — и мы прилетаем в столицу почти одновременно. Я знал, что она употребляет, но думал, что проблем с ней не будет, но она оказалась страшная истеричка! В хостеле у нее случилась первая истерика: она взяла мой телефон, все прочитала — и давай орать! (а там же стены фанерные!) Кое-как успокоил. Оказалось, никогда не видела моря!

 

Вторая поездка на юг

Я забрал закладку — в этот раз вес был еще больше, чуть ли не 5 кг! Я опасался, что с таким количеством «печенья» никакой рентген нам не пройти. Боялся даже не столько за себя, сколько за девочку, что она меня выдаст. И вот приезжаем мы на вокзал, на платформе там стоит нужный нам поезд, но только с дополнительной буквой (допустим, вместо 111 — 111Е). Я спрашиваю, а где такой-то поезд — мне отвечают: а он с другого вокзала уходит! Мы, несмотря на все предостережения, бежим в метро, добираемся до нужного вокзала, прибегаем на платформу — и видим, как поезд показывает нам хвост.

Наркокурьер признается: любые полицейские (тем более с собаками) вызывали у него тревогу вплоть до паники

Выходим с вокзала, и я слышу, как у охранников в рации звучит «Парень с рюкзаком». И тут мимо нас проходят пэпээсовцы и забирают парня с рюкзаком неподалеку от нас (я уверен, что они должны были забрать меня). Мы быстро прыгаем в такси и уезжаем. Докладываю обо всем боссу. «Сколько раз говорил: не суйся в метро! — пишет он мне. — Завтра ты должен быть на юге — делай что хочешь!» Мы за ночь находим машину в аренду (это было непросто), я предлагаю боссу разделить расходы на дорогу (раз мой косяк) — он соглашается.

Но встал вопрос, куда все прятать. Была бы своя машина и было бы время — я бы разобрал панель и спрятал все под нее, а тут… В общем, спрятано все было по-тупому.

Московский пост прошли без проблем, а я начинаю думать: как пройти Магри? На последних десятках километров мы держались за джипом, который шел под всеми знаками по 120 км/час. Он заехал на какую-то заправку — я за ним следом. Отправляю девочку погулять, а сам подхожу к мужикам: «Как пост проехать?» Они говорят: «Держись за нами!»

Подъезжаем к посту, останавливают его, следом — меня. Своей девочке я перед этим дал две таблетки афобазола. Дэпээсник спрашивает, не везем ли мы чего-нибудь запрещенного. И тут она говорит: «У нас ничего нет — только вода. Ха-ха!» В общем, оказалась не только истеричка, но и дура!

Нам сразу командуют: «Выйти из машины!» Она выходит — и тут у нее из рук на асфальт падает 1,5-литровая бутылка воды. Через минуту вокруг нас стоит уже человек 10 ментов. Говорят: откройте багажник. И тут подходит тот, который стоял, разговаривал с водителем джипа. Говорит ментам: «Пусть едут!» (оказалось, водила джипа сказал, что я его сын). Подъезжаем к морю — девочка в слезах от счастья. Бежим купаться.

На обратной дороге, уже на подъезде к столице, раз я за рулем, прошу ее набить эсэмэску. Я ей сказал: «Пиши ровно то, что я говорю» — она умудряется наставать точек (а многоточие означало провал). Босс спрашивает: «Что случилось?» — пришлось объяснить про помощницу. Тот: «Какая на хер помощница?»

 

Конец карьеры

Следующая наша поездка из столицы на юг была уже на поезде. У девочки опять случилась истерика — чуть не выкинула в окно поезда мой паспорт. Тогда я окончательно решил, что пора с ней расставаться. А когда она отдала наши паспорта женщине, у которой мы сняли квартиру, у меня вообще слов не было.

Не знаю, из-за этого или нет, но вскоре нас начали пасти. Я заметил, что что-то не то, когда мы пошли гулять: на перекрестке девушка прошла мимо нас, снимая нас на телефон, потом перешла дорогу, переложила телефон в другую руку (чтобы он снова «смотрел» на нас) и ушла. Возле квартиры, когда я выходил покурить, я видел двоих молодых людей (несколько раз). По-видимому, нас вели, но, поскольку у меня уже ничего не было, меня так и не взяли.

Перед отъездом я купил девочке билет на поезд, дал пять тысяч и отправил ее на такси на вокзал, а сам улетел в Екатеринбург на самолете. Прилетаю, снимаю квартиру, зову друзей, другую девушку. Рассказываю обо всех своих приключениях другу, он меня упрекает.

Несмотря на то, что я был пустой, паранойя у меня была по полной программе:

каждая мигалка, каждый наряд вызывали тревогу. Мне казалось — полицейские обо мне все знают. Выхожу из дома на улицу — вижу: стоит машина с номерами южного региона и парень в ней сидит. Я думаю, что меня реально пасли.

В общем я решил, что завязываю, и сообщил об этом координатору. Я думал: меня просто так не отпустят — пришлют кого-нибудь, кто спустит меня в мусоропровод по кусочкам, но никто не приехал. Я понял, что им насрать.

Курьеры, раскладчики — для них это расходный материал. Если меня поймают, никто никогда не будет за меня встревать, защищать меня (как они обещают).

О координаторе я за все это время так ничего и не узнал — ни как его зовут, ни его контактов. Единственное — знаю, что у него есть жена и дети: один раз в трубке слышно было, как они кричали.

Заработать мне ничего толком не удалось — все спустил «в ноль». Но зато я в итоге просто забил на «счетчик», из-за которого стал курьером: просто поменял все номера телефонов и забыл об этом долге.

Сейчас у меня другая работа, с наркотиками завязал. Ни к наркотикам, ни к работе наркокурьером я никогда не вернусь. Зато плотно подсел на алкоголь. О том, что меня могут загрести, я вспоминаю уже не так часто (видимо, органам я стал неинтересен), но временами паранойя накатывает.

Источник: https://ura.news/articles/1036273116

Оцените материал -

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока нет голосов)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *